Tuesday, September 28, 2010

Интервью с Вероникой Калачёвой - иллюстратором "Из архива миссис Базиль Э. Франквайлер" - ч. 2





(Начало интервью о книге "Из архива миссис Базиль Э. Франквайлер, самого запутанного в мире")

М: Вы сами придумали так работать или вас где-то учили, как книги иллюстрировать?

В: Нет, я этому не училась, хотя есть такие специальности, в Полиграфе, насколько я знаю. Мы просто с Алисой решили, что нам это надо. Потому что я сначала как раз взялась за иллюстрации к первой главе, и меня пугал этот объем, я не понимала, сколько там всего, на сколько времени это растянется.

15


М: А сколько времени, кстати, это заняло?

В: Сколько времени? Ну, начала я, наверно, где-то с Нового года. А сдала я книжку в октябре-ноябре, то есть почти год. Ну я с ней жила, конечно, очень долго, еще до того, как я приступила к иллюстрациям. Во-первых, мы долго собирали материал. Во-вторых, я работала над планом. Уже потом была отрисовка иллюстраций. Потом мы собирали еще материал для коллажей. Что-то там рисованное, что-то – фотографии обработанные...

14

С коллажами тоже много интересных было моментов. Некоторые детали, ну вот, например, билет, который Эмма нашла в ведре мусорном, это был скан с реального билета, то есть вот Алиса купила его на аукционе у какого-то дядечки, живущего в Австралии, который собирает такие билеты, купила за какую-то сумму, и он попал к нам. Такие вот интересные штуковины.

4

На самом деле такие мелочи достойны еще каких-то блогов или может быть даже отдельных брошюр, приложения к книге, там очень много интересного накопано. Часть из этих историй уже опубликована на блоге «Розового Жирафа», о том, что, например, миссис Ф. – это не то какая-то там фикция, а реальная женщина, которая существовала, у нее там какая-то история есть, ну, в общем это почитать можно на блоге, у Алисы довольно живой язык, так что, думаю, она лучше меня с этим справится.

13

Ну и там очень много было таких вещей, у нее действительно была идея создать какой-то блог, посвященный этой книжке, вероятно, они этим займутся все-таки. Алиса говорит, что эта книжка в Америке легендарная. Ее знают по фильмам... а у нас о ней никто никогда не слышал. Поэтому у нее большой потенциал, и поскольку история обрастает еще интересными историями, то это можно красиво и интересно преподнести. Так что я буду рада, если у них это получится.

1

Иллюстрировать книгу – это такой огромный проектище. Я очень всегда об этом мечтала, и когда мне дали такое задание, я очень обрадовалась, потому что мне тема безумно интересна, это ж надо было так попасть – именно Нью-Йорк, именно тех годов, и не совсем малышовая книжка, и потом им нужна была именно моя техника – реалистичная, не комиксы какие-то. Это было 100%-ное попадание, но меня немножечко испугал объем. Я подумала – ну, почему бы и нет, надо же когда-нибудь начинать большой проект, и взялась с удовольствием. Конечно, этот проект забрал меня от всех очень надолго, я только об этом и думала и вообще, мне все это снилось. А сейчас, если я берусь за какие-то литературные проекты, скажем так, это в основном рассказы, то мне тоже, конечно, это очень нравится, только это не такой долгострой. А за долгострой всегда страшно, чем это все кончится. Кончилось все благополучно, к счастью. Но ответственность, конечно, большая. Совсем другой объем.

12

М: После выхода книжки предложения не посыпались?

В: Посыпались больше от тех же журналов и... что там еще было... рекламные агентства, веб... в общем, предложений много, но я их стараюсь фильтровать, потому что хочется заниматься тем, что приятно. А так, чтобы делать книгу какую-то – нет, не было.

М: А самой книгу не хочется сделать пока? Или книжки с картинками скорее малышовые? Вообще, без автора, самой сделать книжку. Не было таких идей? Самой придумать историю и самой проиллюстрировать.

В: Ой, ну, наверно, с рождением ребенка такое придет. Сейчас пока нет. Я очень люблю читать, и я вижу какие-то произведения, которые меня ошеломляют, я люблю это все подчеркивать, какие-то фразы меня трогают до глубины души. Я понимаю, что я никакой не писатель, а делать что-то абы как, на каком-то халтурном уровне не хочется. Каждый должен выполнять свою роль. Мне кажется так.

М: Что больше всего хотелось бы проиллюстрировать? Мечта номер один?

В: О, ну вот она сбылась, мне хотелось прямо именно такое, что есть. На самом деле, мне близки истории какие-то реальные, про жизнь. Никакая не фантастика, ничего придуманного. Я вообще с детства не люблю такие истории. Мне нравятся лиричные истории. Не «розовые», а... не знаю, какие-то вроде Франсуазы Саган, например. Чтобы это было описание чего-то простого и бытового, а на самом деле много душевных переживаний, эмоций внутренних. Мне какой-то такой психологизм ближе.

М: В детстве тоже такие книжки нравились?

В: Да-да-да. Боюсь, что это давно началось. Я помню, что был такой фильм детский, «Приключения Карика и Вали» - так вот я его ненавидела просто! Мне нравились первые две минуты, когда чистенькие школьники шли просто по улице в гольфах, а потом... какой-то кошмар начался. Я понимала, что это неправда, что это придумали, все это как-то противно, я тяготею к каким-то красивым вещам, а там какие-то склизкие гусеницы... В общем, мне это не нравилось, и я помню, что первое понимание пришло именно тогда, что я не люблю такие истории. И я до сих пор не могу себя изменить, я не смотрю никакие фантастические фильмы, никакие блокбастеры. Я если и смотрю, то какие-то драмы, что-то такое. Хотя, наверно, надо быть разносторонней, но я сколько ни пыталась... Я, наверно, последний человек, который не смотрел «Звездных войн». Я, наверно... небольшая зануда (смеется)

Не знаю, откуда, но я почему-то всегда любила классику. Может быть, был у меня какой-то момент, когда я читала что-то другое, но я совершенно осознанно стала перечитывать «Анну Каренину»... Вот я школу закончила, и когда все люди только отдыхали от этого, мне наоборот хотелось вспомнить и что-то прочитать то, что мы по каким-то причинам не прошли. «Анну Каренину», кстати, в школе не проходили. А мне это было интересно, я люблю классику читать. А сейчас у меня прошел этап русской классики, и я зарубежную литературу больше люблю. Русской я уже немного пресытилась.

М: А какие книжки в детстве самыми-самыми любимыми были?

В: Конкретно по возрасту не помню. Вот из сказок я помню, что мне нравились. «Василиса Премудрая», если я не путаю, там какие-то... вот я помню, что забор, и на заборе черепа! Вот мне эта сказка почему-то больше всего запомнилась. Ну это совсем из детства. Наверно, образ меня так впечатлил, что я запомнила. А потом мне попалась на глаза книжка, у родителей была, очень хорошо оформленная, «Белые ночи» Достоевского, и я ее прочитала в каком-то... ну я не помню, сколько мне было лет... и были классные иллюстрации, по-моему, Глазунова, какие-то нежно-пастельные, и меня она просто поразила. Не знаю, наверно, лет 12 мне было.

М: Иллюстрации, значит, тоже были важны?

В: Я их редко встречала, хорошо иллюстрированные книги, нет, то есть, конечно, встречала, но в основном они были малышовые. А так, чтобы по-взрослому – не мультяшно, а по-взрослому, реалистично, обрисовать нормальную какую-то историю, вот таких я не находила. Книжек, оформленных в классическом стиле, с реалистичными иллюстрациями, - таких мало российских. А если они есть, то они какого-то тошнотворного дизайна, и я никогда даже не доберусь до этих иллюстраций. Также мне очень нравятся книжки, оформленные в таком... немножко идиотском таком стиле, немножко абстрактно. У нас такого тоже нет, потому что считается, что это слишком смело.

М: Например?

В: Ну вот даже примеров, наверно, нет, разве только какие-то западные вот, ну, может быть, коллажная какая-то техника, какие-то детские немного иллюстрации, что-то смелое и активное. Вот, кстати, «Гусеница» - неплохой пример. Многие люди смотрят на эти иллюстрации и говорят: «Ну, я и сам так могу!» Но это чудовищная глупость! Вот, наверно, именно поэтому таких книжек и мало.

М: Да, ну и с реалистичными историями сейчас проблема.

В: Ну, вот у того же «Розового жирафа» «Томек»...

М: «Томек»? «Томек» никакого отношения не имеет к реализму, это же приключенческая проза.

В: Ну да, но подано-то оно достаточно реалистично, там же нет никаких сияющих зеленых человечков...

М: Ну в этом смысле да, но тогда и, допустим, «Дети капитана Гранта» - такой же реализм.

В: То, что не хватает таких книг – мне кажется, это какое-то стереотипное мышление издательств. Вот когда я работала с упаковкой, занималась дизайном упаковки, промдизайном, такая же проблема все время стояла – придумываешь какой-то интересный дизайн, но, как правило, его не принимают, потому что люди, которые его принимают, считают, что те, кто будут покупать, не поймут, а те, кто хотел бы купить такой дизайн, сахар, например, в какой-то красивой упаковке, его никогда не купят, потому что те, кто принимает решения, считают, что они дураки. Вот такое непонимание, и я думаю, что у издательств примерно то же самое. Насмотревшись каких-то фильмов, которые в кинотеатрах закупаются, они думают, что нужны именно такие истории и именно такие иллюстрации. А на самом деле может быть потребность совсем другая.

М: Может быть, но с другой стороны, они следят за рынком...

В: Либо они делают его.

М: Может, и делают. Это сложный вопрос.

No comments:

Post a Comment